«Нет какого-либо твоего поступка, Сарипутта, совершённого посредством тела или речи, который я мог бы порицать. Ведь ты, Сарипутта, мудр, обладаешь великой мудростью, обширной мудростью, радостной мудростью, стремительной мудростью, острой мудростью, проницательной мудростью. Подобно старшему сыну царя-миродержца, который должным образом поддерживает вращение колеса владычества, которое было запущено его отцом, так и ты, Сарипутта, должным образом поддерживаешь вращение Колеса Дхаммы, запущенного мной». «Если, уважаемый, Благословенный не порицает какого-либо моего поступка, совершённого посредством тела или речи, порицает ли он какой-либо поступок, совершённый посредством тела или речи, у кого-либо из этих пяти сотен монахов?» «Нет какого-либо поступка у кого-либо из этих монахов, Сарипутта, совершённого посредством тела или речи, который я мог бы порицать. Ведь из этих пяти сотен монахов, Сарипутта, шестьдесят монахов являются носителями тройственного знания; шестьдесят монахов являются носителями шести прямых знаний; шестьдесят монахов являются освобождёнными-в-обоих-отношениях; тогда как остальные являются освобождёнными-мудростью». И тогда достопочтенный Вангиса поднялся со своего сиденья, закинул внешнее одеяние за плечо и, подняв сложенные ладони в почтительном приветствии Благословенного, сказал ему: «Вдохновение снизошло на меня, Благословенный! Вдохновение снизошло на меня, Счастливейший!» Благословенный сказал: «В таком случае, вырази своё вдохновение, Вангиса». И тогда достопочтенный Вангиса уместными строфами произнёс восхваление, обращаясь напрямую к Благословенному: