“Куда лучше, почтенный, использовать кровать или стул, из веры подаренный зажиточными кхаттиями, брахманами или домохозяевами. Было бы болезненно, если бы сильный человек… на раскалённый железный стул или кровать – горящую, пылающую, полыхающую”. “Я уведомляю вас, монахи, что для безнравственного человека… было бы куда лучше, если бы сильный человек схватил бы его за голову или плечи и усадил или уложил на раскалённый железный стул или кровать – горящую, пылающую, полыхающую. И почему? Потому что из-за этого он бы пережил смерть или смертельную боль, но из-за этого он бы не переродился после смерти, после распада тела, в состоянии лишений, в неблагом уделе, в нижних мирах, в аду. Но когда этот безнравственный человек… использует кровать или стул, из веры подаренный зажиточными кхаттиями, брахманами или домохозяевами, то это ведёт к его вреду и страданию в течение долгого времени. После распада тела, после смерти, он перерождается в состоянии лишений, в неблагом уделе, в нижних мирах, в аду. Как вы думаете, монахи? Что лучше, чтобы сильный человек схватил бы кого-либо, перевернул вниз головой и бросил бы в раскалённый медный котёл – горящий, пылающий, полыхающий – и пока он варился бы там в бурлящей пене, иногда бы всплывал, иногда бы тонул, иногда бы плавал – или же использовать жилище, из веры подаренное зажиточными кхаттиями, брахманами или домохозяевами?”