Далее, я припоминаю, монахи, как я подходил к собранию, состоящему из многих сотен брахманов… домохозяев… отшельников… дэвов, управляемых четырьмя божественными царями… дэвов Таватимсы… тех, что под Марой…. как я подходил к собранию, состоящему из многих сотен тех, что под Брахмой. Прежде я сидел там, беседовал, вёл разговоры. Я возник там, будучи похожим на них, и мой голос стал похож на их голос. Я наставлял, вдохновлял, воодушевлял, и радовал их беседой о Дхамме. И когда я вёл речь, они не распознали меня, но подумали: “Кто это говорит – дэва или человек?” Наставив, вдохновив, воодушевив, и порадовав их беседой о Дхамме, я исчез, и когда я исчез, они не распознали меня, но подумали: “Кто это только что исчез – дэва или человек?” Таковы, монахи, восемь собраний”. Девятая.