И услышали булы из Аллакаппы: „Говорят, Благословенный достиг окончательной ниббаны в Кусинаре“. И булы из Аллакаппы послали к кусинарским маллам вестника с сообщением: „Благословенный - кшатрий, и мы кшатрии. Мы достойны получить долю реликвий Благословенного. Для реликвий Благословенного мы воздвигнем ступу, и устроим в честь них праздник“. И услышали рамагамские колии: „Говорят, Благословенный достиг окончательной ниббаны в Кусинаре“. И рамагамские колии послали к кусинарским маллам вестника с сообщением: „Благословенный - кшатрий, и мы кшатрии. Мы достойны получить долю реликвий Благословенного. Для реликвий Благословенного мы воздвигнем ступу, и устроим в честь них праздник“. И услышал брахман с острова Веттха: „Говорят, Благословенный достиг окончательной ниббаны в Кусинаре“. И брахман с острова Веттха послал к кусинарским маллам вестника с сообщением: „Благословенный - кшатрий, а я - брахман. Я достоин получить долю реликвий Благословенного. Для реликвий Благословенного я воздвигну ступу, и устрою в честь них праздник“. И услышали павские маллы: „Говорят, Благословенный достиг окончательной ниббаны в Кусинаре“. И павские маллы послали к кусинарским маллам вестника с сообщением: „Благословенный - кшатрий, и мы кшатрии. Мы достойны получить долю реликвий Благословенного. Для реликвий Благословенного мы воздвигнем ступу, и устроим в честь них праздник“. Когда так было сказано кусинарские маллы сказали собраниям и толпам: „Благословенный достиг окончательной ниббаны на территории нашего города, – мы не отдадим ни части реликвий Благословенного“. Когда так было сказано, брахман Дона сказал собраниям и толпам: