Подобно тому, великий царь, как если бы было окруженное горами озеро, прозрачное, спокойное, незамутненное. И на берегу его стоит человек с хорошим зрением и видит устриц и раковин, песок и гальку, стаи рыб, двигающихся и останавливающихся. Ему может прийти на ум: „Вот это озеро, прозрачное, спокойное, незамутненное, а в нем эти устрицы и раковины, песок и галька, стаи рыб, что двигаются и останавливаются“. Так же точно, великий царь, и монах, когда его ум таким образом собран, чист, ясен, незапятнан, лишен нечистоты, гибок, податлив, устойчив, непоколебим, – он направляет и склоняет ум к знанию прекращения влечений. Он постигает в соответствии с действительностью: „Это страдание“, постигает в соответствии с действительностью: „Это происхождение страдания“, постигает в соответствии с действительностью: „Это прекращение страдания“, постигает в соответствии с действительностью: „Это путь, ведущий к прекращению страдания“. Он постигает в соответствии с действительностью: „Это влечения“, постигает в соответствии с действительностью: „Это происхождение влечений“, постигает в соответствии с действительностью: „Это прекращение влечений“, постигает в соответствии с действительностью: „Это путь, ведущий к прекращению влечений“. У него, знающего так, видящего так, ум освобождается от влечения к чувственным удовольствиям, ум освобождается от влечения к пребыванию, ум освобождается от влечения к неведению. В освобождённом возникает знание, что он освобожден. Он постигает: „Положен конец рождению, прожита возвышенная жизнь, выполнено подлежащее выполнению, ничего за этим больше нет“. Таков, великий царь, зримый плод отшельничества, который и прекраснее, и возвышеннее предыдущих зримых плодов отшельничества. И нет, великий царь, другого зримого плода отшельничества превосходнее и возвышеннее этого зримого плода отшельничества».

5. Аджатасатту становится мирским последователем

Когда так было сказано, царь Магадхи Аджатасатту Ведехипутта сказал Благословенному: «Превосходно, досточтимый! Превосходно, досточтимый! Как перевёрнутое ставят правильно, открывают скрытое, указывают путь заблудившемуся, вносят светильник во тьму, чтобы имеющие глаза могли видеть образы, так и почтенный Готама разъяснил истину многими способами. Я иду к Благословенному, Дхамме и монашескому ордену как к прибежищу. Пусть Благословенный считает меня мирским последователем, пришедшим к прибежищу отныне и до конца жизни. О досточтимый, меня одолел проступок. Из-за глупости, из-за заблуждения, из-за неблаготворного я ради владычества лишил жизни отца, праведного человека и праведного царя. Пусть же досточтимый Благословенный признаёт мой проступок как проступок, чтобы мне сдерживаться в будущем.»