Каково же третье основание, исходя из которого и о котором говорят некоторые отшельники и брахманы, ведущие уклончивую речь, бесконечно уклоняющиеся, когда им задают тот или иной вопрос? Здесь, монахи, какой-нибудь отшельник или брахман не знает, что в соответствии с действительностью благотворно; не знает, что в соответствии с действительностью неблаготворно. Ему приходит на ум: „Я не знаю, что в соответствии с действительностью благотворно и не знаю, что в соответствии с действительностью неблаготворно. Что если я, не зная что в соответствии с действительностью благотворно и что в соответствии с действительностью благотворно, стал бы объяснять «это благотворно» или стал бы объяснять «это неблаготворно». Есть ведь такие отшельники и брахманы, мудрые, изощренные, искусные в спорах, способные пронзить волос, которые, я бы сказал, путешествуют, круша чужие взгляды с помощью своей мудрости. И что если бы они стали бы меня последовательно расспрашивать, просить о доказательствах, оспаривать? И если бы они стали последовательно расспрашивать меня, просить о доказательствах, оспаривать, то я не смог бы дать им объяснения. Невозможность объяснить им является тем, что тревожит меня. То, что тревожит меня, является для меня препятствием“. Итак, в страхе перед расспросами, гнушаясь расспросов, он не разъясняет, что благотворно, не разъясняет, что неблаготворно, и ведет уклончивую речь, когда ему задают тот или иной вопрос, бесконечно уклоняясь: „Я не считаю этого. Я не считаю так. Я не считаю иначе. Я не считаю, что нет. Я не считаю, что неверно, что нет“. Таково, монахи, третье основание, исходя из которого и о котором говорят некоторые отшельники и брахманы, ведущие уклончивую речь, бесконечно уклоняющиеся, когда им задают тот или иной вопрос.