Здесь, монахи, какой-нибудь отшельник или брахман не знает, что в соответствии с действительностью благотворно; не знает, что в соответствии с действительностью неблаготворно. Ему приходит на ум: „Я не знаю, что в соответствии с действительностью благотворно и не знаю, что в соответствии с действительностью неблаготворно. Но если я, не зная что в соответствии с действительностью благотворно и что в соответствии с действительностью благотворно, стал бы объяснять «это благотворно» или стал бы объяснять «это неблаготворно», моё утверждение может оказаться ошибочным. Моё ошибочное утверждение является тем, что тревожит меня. То, что тревожит меня, является для меня препятствием“. Итак, в страхе перед неправильной речью, гнушаясь неправильной речи, он не разъясняет, что благотворно и не разъясняет, что неблаготворно, и ведет уклончивую речь, когда ему задают тот или иной вопрос, бесконечно уклоняясь: „Я не считаю этого. Я не считаю так. Я не считаю иначе. Я не считаю, что нет. Я не считаю, что неверно, что нет“. Таково, монахи, первое основание, исходя из которого и о котором говорят некоторые отшельники и брахманы, ведущие уклончивую речь, бесконечно уклоняющиеся, когда им задают тот или иной вопрос.