Представьте, монахи, каменную колонну в шестнадцать ярдов длиной: восемь ярдов её длины будет утоплено в земле, а (иные) восемь будут находиться над землёй. Даже если случится сильный порыв ветра – с востока, с запада, с севера, с юга – эта колонна не поколебалась бы, не содрогнулась, не зашаталась. И почему? Потому что у колонны глубокое основание и она надёжно установлена. Точно так же, монахи, если монах понимает в соответствии с действительностью: «Это – страдание… происхождение страдания… прекращение страдания… путь, ведущий к прекращению страдания», и тут мимо проходит отшельник или жрец – либо с востока, либо с запада, либо с севера, либо с юга – подыскивая аргумент, выискивая аргумент, думая [так]: «Я опровергну его тезис», то не может быть такого, чтобы он смог бы заставить этого монаха поколебаться, содрогнуться, зашататься. И почему? Потому что он ясно увидел Четыре благородные истины. Какие четыре? Благородную истину о страдании, Благородную истину о происхождении страдания, Благородную истину о прекращении страдания, Благородную истину о пути, ведущем к прекращению страдания. Таким образом, монахи, следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это – страдание». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это – происхождение страдания». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это – прекращение страдания». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это – путь, ведущий к прекращению страдания».

5. Пропасть

Размышление о мире