Видя форму глазом, он влечётся к ней, если она приятная, и питает неприязнь, если она неприятная. Он пребывает с неутверждённой осознанностью к телу, с ограниченным умом, и он не понимает в соответствии с действительностью освобождения ума и освобождения мудростью, где эти плохие, неблагие состояния [ума] прекращаются без остатка. Будучи вовлечённым в благоволение и отторжение, какое бы чувство он ни испытывал – приятное, болезненное, ни-приятное-ни-болезненное – он наслаждается этим чувством, приветствует его, продолжает удерживать его. По мере того как он делает так, наслаждение возникает в нём. А наслаждение чувством является цеплянием. С цеплянием как условием [возникает] существование. С существованием как условием [возникает] рождение. С рождением как условием старение-и-смерть, печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние возникают. Таково происхождение всей этой груды страданий. Слыша ухом звук… Обоняя носом запах … Пробуя языком вкус … Касаясь осязаемой вещи телом … Познавая умственный феномен умом, он влечётся к нему, если он приятный, и питает неприязнь, если он неприятный. Он пребывает с неутверждённой осознанностью к телу, с ограниченным умом, и он не понимает в соответствии с действительностью освобождения ума и освобождения мудростью, где эти плохие, неблагие состояния [ума] прекращаются без остатка. Будучи вовлечённым в благоволение и отторжение, какое бы чувство он ни испытывал – приятное, болезненное, ни-приятное-ни-болезненное – он наслаждается этим чувством, приветствует его, продолжает удерживать его. По мере того как он делает так, наслаждение возникает в нём. А наслаждение чувством является цеплянием. С цеплянием как условием [возникает] существование. С существованием как условием [возникает] рождение. С рождением как условием старение-и-смерть, печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние возникают. Таково происхождение всей этой груды страданий.