Затем Благословенный обратился к монахам так: – Монахи, как вы думаете? Зажёг ли этот монах Сати, сын рыбака, хотя бы искру мудрости в этой Дхамме и Винае? – Как такое возможно, уважаемый? Нет, уважаемый. Когда так было сказано, монах Сати, сын рыбака, замолк, смутился, сидел с опущенными плечами и поникшей головой, угрюмый, без ответа. И тогда, отметив это, Благословенный сказал ему: – Глупый ты человек, тебя запомнят за твоё пагубное воззрение. [А теперь] я расспрошу монахов на эту тему. Затем Благословенный обратился к монахам так: – Монахи, понимаете ли вы Дхамму, которой я научил, точно также, как и этот монах Сати, сын рыбака, когда он искажает сказанное нами своим неправильным ухватыванием [Дхаммы], вредя себе, накапливая много неблагих заслуг? – Нет, уважаемый. Ведь во многих наставлениях Благословенный утверждал, что сознание возникло зависимо, так как без условия нет возникновения сознания. – Хорошо, монахи. Хорошо, что вы так понимаете Дхамму, которой я научил. Ведь многими способами я утверждал, что сознание возникло зависимо, так как без условия нет возникновения сознания. Но этот монах Сати, сын рыбака, исказил сказанное нами своим неправильным ухватыванием [Дхаммы], навредил себе, накопил много неблагих заслуг. Это приведёт к вреду для него и страданию на долгое время.