Далее, монахи, с полным преодолением сферы безграничного пространства, осознавая: «Сознание безгранично», Сарипутта вошёл и пребывал в сфере безграничного сознания. И те состояния в сфере безграничного сознания были определены им одно за другим по мере того, как они происходили: восприятие сферы безграничного сознания, и единение ума; контакт, чувство, восприятие, намерение и ум; рвение, решимость, усердие, осознанность, невозмутимость и внимание. Он знал, как эти состояния возникли, знал, как они наличествовали, знал, как они исчезли. Он понял так: «Воистину, этих состояний не было, и они возникли. Побыв, они исчезли». В отношении этих состояний он пребывал невовлечённым, без отторжения, независимым, отсоединённым, освобождённым, отделённым, с умом, лишённым преград. Он понял: «Есть спасение за пределами [этого]», и с развитием этого [медитативного достижения] он подтвердил [для себя] то, что оно есть. Далее, монахи, с полным преодолением сферы безграничного сознания, осознавая: «Здесь ничего нет», Сарипутта вошёл и пребывал в сфере отсутствия всего. И те состояния в сфере отсутствия всего были определены им одно за другим по мере того, как они происходили: восприятие сферы отсутствия всего, и единение ума; контакт, чувство, восприятие, намерение и ум; рвение, решимость, усердие, осознанность, невозмутимость и внимание. Он знал, как эти состояния возникли, знал, как они наличествовали, знал, как они исчезли. Он понял так: «Воистину, этих состояний не было, и они возникли. Побыв, они исчезли». В отношении этих состояний он пребывал невовлечённым, без отторжения, независимым, отсоединённым, освобождённым, отделённым, с умом, лишённым преград. Он понял: «Есть спасение за пределами [этого]», и с развитием этого [медитативного достижения] он подтвердил [для себя] то, что оно есть.