Каждый раз, монахи, когда монах тренируется так: «Ощущая ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая ум, я буду выдыхать»; тренируется так: «Радуя ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Радуя ум, я буду выдыхать»; тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду вдыхать» тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду выдыхать»; тренируется так: «Освобождая ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Освобождая ум, я буду выдыхать», то в этом случае монах пребывает в созерцании ума как ума, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру. Я не говорю, что есть развитие сосредоточения осознанности к дыханию у того, кто забывчив, кто не бдителен. Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании ума как ума, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру. Каждый раз, монахи, когда монах тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду выдыхать»; тренируется так: «Созерцая угасание, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая угасание, я буду выдыхать»; тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду выдыхать»; тренируется так: «Созерцая оставление, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая оставление, я буду выдыхать»; то в этом случае монах пребывает в созерцании умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру. Увидев мудростью отбрасывание алчности и грусти, монах является тем, кто пристально смотрит с невозмутимостью. Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру. Монахи, вот как осознанность к дыханию, будучи развитой и взращенной, исполняет четыре основы осознанности.