«Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо зарождения усердия, которая была бы настолько существенной причиной того, что невозникшие благие качества возникают, а возникшие неблагие качества убывают. У того, кто усерден, невозникшие благие качества возникают, а возникшие неблагие качества убывают». 62 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо сильного желания, которая была бы настолько существенной причиной того, что невозникшие неблагие качества возникают, а возникшие благие качества убывают. У того, чьи желания сильны, невозникшие неблагие качества возникают, а возникшие благие качества убывают». 63 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо малочисленного желания, которая была бы настолько существенной причиной того, что невозникшие благие качества возникают, а возникшие неблагие качества убывают. У того, чьи желания малочисленны, невозникшие благие качества возникают, а возникшие неблагие качества убывают». 64 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо отсутствия довольствования, которая была бы настолько существенной причиной того, что невозникшие неблагие качества возникают, а возникшие благие качества убывают. У того, кто недовольствуется, невозникшие неблагие качества возникают, а возникшие благие качества убывают». 65