«Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи охраняемой, вела бы к такому величайшему благу. Охраняемый ум ведёт к величайшему благу». 35 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи незащищённой, вела бы к такому величайшему вреду. Незащищённый ум ведёт к величайшему вреду». 36 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи защищённой, вела бы к такому величайшему благу. Защищённый ум ведёт к величайшему благу». 37 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи несдержанной, вела бы к такому величайшему вреду. Несдержанный ум ведёт к величайшему вреду». 38 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи сдержанной, вела бы к такому величайшему благу. Сдержанный ум ведёт к величайшему благу». 39 «Монахи, я не вижу ни одной другой вещи, помимо ума, которая, будучи неприручённой, неохраняемой, незащищённой, несдержанной, приносила бы такое страдание. Неприручённый, неохраняемый, незащищённый, несдержанный ум приносит страдание». 40