И что такое, монахи, мир как чей-либо авторитет? Вот, уйдя в лес, к подножью дерева или в пустую хижину, монах рассуждает: «Я покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной не ради одеяний, еды, жилищ, или же ради становления таким или эдаким, но с мыслью: «Я жертва рождения, старения и смерти, печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Я жертва страдания, я добыча страдания. Будучи тем, кто покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, я могу обдумывать чувственные мысли, недоброжелательные мысли, мысли о причинении вреда. Но обитель мира обширна. В обширной обители мира есть жрецы и отшельники, обладающие сверхъестественными силами и божественным глазом, которые знают умы других. Они видят всё издалека, но их самих не увидеть, даже когда они близко. Они знают умы других своим собственным умом. Они могут узнать обо мне так: «Посмотри-ка на этого представителя клана. Хоть он благодаря вере и покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, он запятнан плохими, неблагими состояниями». Есть также и божества со сверхъестественными силами и божественным глазом, которые знают умы других. Они видят вещи издалека, но их самих не увидеть, даже когда они близко. Они тоже знают умы других своим собственным умом. Они тоже могут узнать обо мне так: «Посмотри-ка на этого представителя клана. Хоть он благодаря вере и покинул жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, он запятнан плохими, неблагими состояниями». Затем он рассуждает так: «Неутомимое усердие будет зарождено во мне. Незамутнённая осознанность будет утверждена. Моё тело будет безмятежным, спокойным. Мой ум будет сосредоточенным, достигшим единения». Взяв в качестве своего авторитета мир, он отбрасывает неблагое и развивает благое. Он отбрасывает то, что достойно порицания, и развивает безукоризненное. Он держит себя в чистоте. Вот что такое «мир как чей-либо авторитет».