(1) И каким образом, друзья, следует устранять негодование к человеку, чьё телесное поведение нечистое, но словесное поведение чистое? Представьте монаха с одеянием из обносков, который видит тряпьё, лежащее возле дороги. Он бы прижал его своей левой ступнёй, развернул бы правой ступнёй, оторвал бы цельную часть, и забрал бы с собой. Точно также, когда телесное поведение человека нечистое, но его словесное поведение чистое, то в этом случае следует не обращать внимание на нечистоту его телесного поведения, но вместо этого следует обращать внимание на чистоту его словесного поведения. Вот каким образом следует устранять негодование к этому человеку. (2) И каким образом, друзья, следует устранять негодование к человеку, чьё телесное поведение чистое, но словесное поведение нечистое? Представьте пруд, покрытый тиной и водорослями. И к пруду подошёл бы человек, поражённый и угнетённый жаждой – изнурённый, жаждущий пить, высохший. Он бы нырнул в пруд, раздвинул тину и водоросли своими руками, напился бы из своих ладоней, а затем бы ушёл. Точно также, когда телесное поведение человека чистое, но его словесное поведение нечистое, то в этом случае следует не обращать внимание на нечистоту его словесного поведения, но вместо этого следует обращать внимание на чистоту его телесного поведения. Вот каким образом следует устранять негодование к этому человеку.