Далее, почтенный, монах пересматривает это самое тело снизу вверх, с подошв ступней, и сверху вниз с кончиков волос головы, обёрнутое кожей, полное разнообразных нечистот: “В этом самом теле есть волосы на голове, волосы на теле, ногти, зубы, кожа, плоть, сухожилия, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, диафрагма, селезёнка, лёгкие, толстые кишки, тонкие кишки, желудок, фекалии, желчь, мокрота, гной, кровь, пот, жир, слёзы, кожное масло, слюна, слизь, суставная жидкость, моча”. Эта тема для памятования, развиваемая и взращиваемая таким образом, ведёт к отбрасыванию чувственной жажды. Далее, почтенный, представьте, как если бы монах увидел брошенный на кладбище труп, пролежавший один, два или три дня, вздувшийся, бледный, гноящийся. Он сравнивает с ним своё собственное тело так: “Это тело тоже обладает той же природой. Оно будет таким и не может избежать этого”. Или, представьте, он бы увидел брошенный на кладбище труп, который пожирают вороны, ястребы, грифы, собаки, шакалы или иные виды живых существ. Он сравнивает с ним своё собственное тело так: “Это тело тоже обладает той же природой. Оно будет таким и не может избежать этого”.