«И за гранью этого, Каччана, я знаю множество божеств, с чьим [сверканием] не может сравниться сияние солнца и луны, Но всё же я не утверждаю, что нет другого сверкания, которое наиболее возвышенное и высочайшее, нежели это сверкание. Но ты, Каччана, говоришь, что это [твоё] сверкание ниже и хуже, чем сверкание у светлячка: «Это совершенное», но всё же ты не обозначаешь, что это за сверкание». Каччана, есть пять нитей чувственных удовольствий. Какие пять? Какие пять? Формы, познаваемые глазом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть. Звуки, познаваемые ухом… Запахи, познаваемые носом… Вкусы, познаваемые языком… Осязаемые вещи, познаваемые телом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть. Таковы пять нитей чувственных удовольствий. Удовольствие и радость, возникающие в зависимости от этих пяти нитей чувственных удовольствий, называются чувственным удовольствием. Так, чувственное удовольствие [возникает] через чувственные удовольствия, но за гранью чувственного удовольствия есть удовольствие на вершине чувственного, и оно считается наивысшим из них».