Во второй раз достопочтенный Удайин сказал Панчаканге: «Благословенный не говорил не о двух видах чувств, Благословенный говорил о трёх видах чувств». Во второй раз Панчаканга возразил Удайину: «Благословенный говорил не о трёх видах чувств, уважаемый Удайин. Благословенный говорил о двух видах чувств». And for a third time, Udāyī said to Pañcakaṅga, «Благословенный не говорил не о двух видах чувств, Благословенный говорил о трёх видах чувств». И в третий раз Панчаканга возразил Удайину: «Благословенный говорил не о трёх видах чувств, уважаемый Удайин. Благословенный говорил о двух видах чувств». Ни достопочтенный Удайин не мог убедить плотника Панчакангу, ни плотник Панчаканга не мог убедить достопочтенного Удайина.