«Уважаемый, но как отречение от дел в Дисциплине Благородных достигается всецело и во всех отношениях? Было бы хорошо, уважаемый, если бы Благословенный научил бы меня Дхамме, показав, каково отречение от дел в Дисциплине Благородных». «В таком случае, домохозяин, слушай внимательно то, о чём я буду говорить». «Да, уважаемый» – ответил домохозяин Поталия. Благословенный сказал следующее: Изъяны чувственных удовольствий «Домохозяин, представь собаку, одолеваемую голодом и слабостью, сидящую в ожидании у лавки мясника. И тогда умелый мясник или его ученик бросил бы собаке тщательно обструганный, начисто обструганный скелет без мяса – [лишь] кости, измазанные кровью. Как ты думаешь, домохозяин? Утолила бы эта собака свою слабость и голод, жуя такой тщательно обструганный, начисто обструганный скелет без мяса – [лишь] кости, измазанные кровью?» «Нет, уважаемый. И почему нет? Потому что скелет тщательно обструган, начисто обструган, без мяса, [это лишь] кости, измазанные кровью. Со временем собаку ожидала бы лишь усталость и досада». «Точно также, домохозяин, благородный ученик рассуждает так: «Благословенный сравнивал чувственные удовольствия со скелетом. Они приносят много страданий и много отчаяния, а опасность, в них заключённая, и того больше». Увидев это в соответствии с действительностью правильной мудростью, он избегает невозмутимости, которая множественная, основанная на множественном, и развивает невозмутимость, которая объединённая, основанная на едином, где цепляние за материальные вещи мира всецело прекращается без остатка.