В тот момент младенец лежал у царевича на коленях. Тогда Благословенный сказал царевичу Абхае: «Как ты думаешь, царевич? Если, когда ты или твоя нянька не присматривали бы за ним, этот малыш взял бы в рот палку или камень, что бы ты с ним сделал?» «Я бы вытащил это, уважаемый. Если бы я не смог вытащить это сразу, тогда, удерживая его голову левой рукой, я согнутым пальцем своей правой руки вытащил бы это, даже если бы поранил его. И почему? Потому что у меня есть сострадание к малышу». «Точно так же, царевич, если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, а также неприятные и немилые для других, – то такие слова Татхагата не произносит. Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, а также неприятные и немилые для других, – то такие слова Татхагата не произносит. Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, [но] неприятные и немилые для других, – то Татхагата знает нужный момент для того, чтобы использовать такие слова. Если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, но приятные и милые для других, – то такие слова Татхагата не произносит. Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, [хотя] приятные и милые для других, – то такие слова Татхагата не произносит. Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, приятные и милые для других, – то Татхагата знает нужный момент для того, чтобы использовать такие слова. И почему? Потому что у Татхагаты есть сострадание к живым существам». «Уважаемый, когда учёная знать или учёные брахманы, учёные домохозяева или учёные отшельники, сформулировав вопрос, приходят к Татхагате и спрашивают его, имеется ли уже у него в уме такая заблаговременная мысль: «Если эти придут ко мне и спросят об этом, то в таком случае я отвечу им так» или к Татхагате приходит ответ сразу на месте?» «В этом случае, царевич, я задам тебе встречный вопрос. Отвечай так, как посчитаешь нужным. Как ты думаешь, царевич? Разбираешься ли ты в частях колесницы?» «Да, уважаемый, разбираюсь». «Как ты думаешь, царевич? Когда люди приходят и спрашивают тебя: «Как называется эта часть колесницы?» – имеется ли уже у тебя в уме такая заблаговременная мысль: «Если эти придут ко мне и спросят об этом, то в таком случае я отвечу им так» или к тебе приходит ответ сразу на месте?»