И представитель клана Раттхапала из главенствующего клана этой самой Тхуллакоттхиты сидел вместе с собравшимися. И мысль пришла к нему: «Как я понимаю Дхамму, которой обучил Благословенный, – непросто, проживая дома, вести святую жизнь, всецело чистую и совершенную, словно отполированная морская раковина. Что, если я, обрив волосы и бороду и надев жёлтые одежды, оставлю домохозяйскую жизнь ради жизни бездомной?» И тогда домохозяева-брахманы Тхуллакоттхиты, после того, как Благословенный наставил, понудил, побудил и порадовал их беседой о Дхамме, восхитились и возрадовались его словам. А затем они встали со своих сидений и, поклонившись ему, ушли, обойдя его с правой стороны. Вскоре после того как они ушли, представитель клана Раттхапала подошёл к Благословенному и, поклонившись ему, сел рядом и сказал: «Уважаемый, как я понимаю Дхамму, которой обучил Благословенный, – непросто, проживая дома, вести святую жизнь, всецело чистую и совершенную, словно отполированная морская раковина. Я хотел бы обрить волосы и бороду, надеть жёлтые одежды, оставить жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной. Я хотел бы получить младшее монашеское посвящение, я хотел бы получить высшее монашеское посвящение». «Раттхапала, есть ли у тебя разрешение от родителей оставить жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной?» «Нет, уважаемый». «Раттхапала, Татхагаты не дают посвящения тому, у кого нет разрешения от родителей». «Уважаемый, я посмотрю, что смогу сделать, чтобы родители разрешили мне оставить жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной».