Как ты считаешь, великий царь? Представь, как если бы человек из [варны] знати врывался бы в дома, расхищал имущество, совершал кражу, совершал разбой на дорогах, соблазнял чужую жену, И если бы пришли твои люди, арестовали бы его и выдвинули обвинение, сказав: «Ваше величество, это обвиняемый. Наложите на него такое наказание, какое пожелаете» – То как бы ты с ним поступил?» «Мы бы казнили его, господин Каччана, или же взыскали с него, или же сослали его, или же сделали с ним то, чего он заслуживает. И почему? Потому что он утратил свой статус знатного, и считается просто грабителем». «Как ты считаешь, великий царь? Представь, как если бы брахман… торговец… рабочий врывался бы в дома, расхищал имущество, совершал кражу, совершал разбой на дорогах, соблазнял чужую жену. И если бы пришли твои люди, арестовали бы его и выдвинули обвинение, сказав: «Ваше величество, это обвиняемый. Наложите на него такое наказание, какое пожелаете» – То как бы ты с ним поступил?» «Мы бы казнили его, господин Каччана, или же взыскали с него, или же сослали его, или же сделали с ним то, чего он заслуживает. И почему? Потому что он утратил свой статус брахмана… торговца… рабочего, и считается просто грабителем». «Как ты считаешь, великий царь? Если это так, то эти четыре варны одинаковы, или же нет, или как ты считаешь в этом случае?» «Вне сомнений это так, господин Каччана, что эти четыре варны одинаковы: нет [в этом случае] разницы между ними вовсе, как я вижу». «Таков, великий царь, способ понять почему это утверждение брахманов – это просто лишь то, как говорят в мире.