И когда ночь подошла к концу, отец достопочтенного Раттхапалы приготовил разнообразную превосходную пищу в своём доме и объявил достопочтенному Раттхапале: «Время пришло, дорогой Раттхапала. Кушанье готово». И тогда утром достопочтенный Раттхапала оделся, взял чашу и внешнее одеяние, и отправился в дом своего отца, где сел на подготовленное сиденье. И тогда отец раскрыл груду золотых монет и золотых слитков и сказал: «Дорогой Раттхапала, это твоё материнское состояние; И ещё есть твоё отцовское состояние; и [кроме того] ещё есть твоё фамильное состояние. Дорогой Раттхапала, ты можешь наслаждаться богатством и совершать заслуги. Ну же, дорогой, отбрось [монашескую] тренировку и возвращайся к низшей жизни [домохозяина], наслаждайся богатством и совершай заслуги». «Домохозяин, если бы ты послушался моего совета, то ты бы взял и погрузил эту груду золотых монет и золотых слитков на повозки, увёз бы и утопил посреди реки Ганги. И почему? Потому что, домохозяин, из-за этого в тебе возникли бы печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние». И тогда бывшие жёны Раттхапалы шлёпнули его по ногам и сказали: «Дорогой сын нашего господина, какие же они, эти небесные нимфы, ради которых ты ведёшь святую жизнь?» «Сёстры, мы не ведём святую жизнь ради нимф». «Дорогой сын нашего господина назвал нас сёстрами» – воскликнули они и упали в обморок. И тогда достопочтенный Раттхапала сказал своему отцу: «Домохозяин, если есть пища, которую ты хотел бы дать, то давай её. Не изнуряй нас». «Кушай же, тогда, дорогой Раттхапала, Кушанье готово». И тогда отец достопочтенного Раттхапалы своими собственными руками обслужил его превосходной различной пищей. Когда достопочтенный Раттхапала поел и убрал руки от чаши, он встал и произнёс эти строфы: Узри эту наряженную куклу, Болячками составленное тело – Предмет болезней, беспокойства – Устойчивости в коем не найти. Узри наряженную эту статуэтку, Всю в драгоценностях, в серьгах. Скелета, что обтянут кожей, Ведь лишь одежда делает красивым.