И тогда Благословенный сказал Пунне, сыну Колиев, практикующему бычью аскезу: «Сения, я не смог убедить тебя, когда сказал: «Довольно, Пунна, оставь это. Не спрашивай меня об этом». [Тогда ответил Пунна]:«Уважаемый, я рыдаю не потому, что Благословенный сказал так обо мне, но потому, что я уже давно предпринял и практикую эту собачью аскезу. Уважаемый, этот Пунна, сын Колиев – практик бычьей аскезы. Он уже давно предпринял и практикует эту бычью аскезу. Каков будет его будущий удел? Каково его будущее направление?» «Довольно, Сения, оставь это. Не спрашивай меня об этом». Во второй раз … И в третий раз Сения, практикующий собачью аскезу, сказал Благословенному: Уважаемый, этот Пунна, сын Колиев – практик бычьей аскезы. Он уже давно предпринял и практикует эту бычью аскезу. Каков будет его будущий удел? Каково его будущее направление?»