Будучи всё ещё в поисках благого, ища непревзойдённое состояние высочайшего покоя, я отправился к [отшельнику] Уддака Рамапутте и сказал ему: Друг, я бы хотел вести святую жизнь в этой Дхамме и Винае». Уддака Рамапутта ответил: «Достопочтенный может оставаться здесь. Эта Дхамма такова, что мудрец вскоре сможет войти и пребывать в ней, реализовав для себя посредством прямого знания доктрину своего учителя». И вскоре я быстро выучил ту Дхамму. До той степени, до которой излагалось его учение посредством простой декламации губами и повторения [заученного], я мог говорить со знанием и уверенностью, и я заявлял: «Я знаю и вижу». И были и другие, кто делал так же. И тогда я подумал: «Не только за счёт одной веры Рама заявляет: «Реализовав для себя посредством прямого знания, я вхожу и пребываю в этой Дхамме». Вне сомнений, Рама [на самом деле] пребывает, зная и видя эту Дхамму». Тогда я отправился к [отшельнику] Уддака Рамапутте и сказал ему: «Друг, каким образом Рама заявлял, что, реализовав для себя посредством прямого знания, он входил и пребывал в этой Дхамме?» В ответ на это Уддака Рамапутта заявил о сфере ни-восприятия-ни-не-восприятия. И тогда я подумал: «Не только у Рамы были вера, усердие... осознанность, сосредоточение... и мудрость. У меня тоже есть вера, усердие, осознанность, сосредоточение и мудрость. Что, если я постараюсь реализовать Дхамму, о которой Рама заявляет, что входит и пребывает в ней, реализовав для себя посредством прямого знания»? И вскоре я быстро вошёл и пребывал в той Дхамме, реализовав [её] для себя посредством прямого знания.